fonzeppelin (fonzeppelin) wrote,
fonzeppelin
fonzeppelin

Categories:

Восемь дней у берегов Анголы: кампания советского флота (Часть II)

Продолжение материала: Восемь дней у берегов Анголы: кампания советского флота (Часть I)

5 августа: решающее воздушное сражение





Продолжающиеся воздушные атаки южноафриканцев создавали непрерывную угрозу для действий советского флота, нарушали противолодочные операции. Чтобы справиться с проблемой, вице-адмирал Росохин решил перехватить инициативу у противника, подстроив ему тщательно спланированную ловушку.

Утром 5 августа, патрульная “Канберра” в сопровождении двух истребителей “Мираж” приблизилась к советскому периметру. На этот раз, советские истребители намеренно промедлили с перехватом, и позволили “Канберре” своим поисковым радаром достоверно засечь “Киев” – после чего, наконец, с “Киева” поднялись два Як-38 и заставили южноафриканцев отступить.

Вслед за этим “Киев” перешел в режим полного радиомолчания, и полным ходом двинулся на северо-восток, удалившись примерно на 100 километров от исходной позиции. Занявший его место БПК “Стройный” вел интенсивную радиоигру в эфире, успешно имитируя переговоры авианосной группы и непрерывно обшаривая горизонт своим поисковым радаром. На его борту был развернут запасной командный пункт управления авиацией. Большой противолодочный корабль “Маршал Тимошенко” и ракетоносный эсминец “Современный”, в режиме полного радиомолчания заняли разнесенные на 60 километров позиции в 120 километрах к юго-востоку от “Стройного”. Эти два корабля играли роль т.н. “ракетного капкана”. Ракетный крейсер “Вице-адмирал Дрозд”, не имевший современного зенитного вооружения, занял позицию на восточном фланге в роли радарного патруля.



Около 11.00, южноафриканцы выслали в бой свои основные силы – шесть штурмовиков “Блэкберн Буканьер”, вооруженных ракетами AS-30 и НУРС (ведущие штурмовики несли УРВВ AIM-9), четыре бомбардировщика “Инглиш Электрик Канберра”, вооруженных ракетами “Skerpioen”, и два истребителя “Мираж III” с ПТБ в качестве прикрытия. План атаки предполагал, что “Канберры” пройдут к целям на высоте, отвлекая на себя истребители прикрытия, и запустят ракеты с большой дистанции по кораблям охранения. В это время, идущие на малой высоте “Буканьеры” проскочат рубежи ПВО и двумя волнами атакуют авианосец.

Взлет самолетов не остался незамеченным советскими средствами РТР, и эскадра приготовилась к действию. Около 12.50, летящие на большой высоте “Канберры” были замечены РЛС крейсера “Вице-адмирал Дрозд”, который передал сигнал тревоги но брать самолеты на сопровождение не стал, выполняя лишь визуальное отслеживание. Вектор приближения самолетов выводил их точно под атаку “Маршала Тимошенко”, и когда неприятель достиг оптимальной позиции - была передана команда открыть огонь.

“Маршал Тимошенко” включился в действие, активировав свои радары и зенитно-ракетные комплексы “Шторм”. Это оказалось полной неожиданностью для южноафриканских самолетов, шедших с выключенными радарами. За время огневого контакта, “Маршал Тимошенко” произвел четыре двухракетных залпа, сбив две “Канберры” и выведя из строя близким разрывом третью. Четвертая “Канберра” сумела резким снижением уклониться от ракет B-611, и, хотя и имела легкие осколочные повреждения, стремительно ушла за горизонт. Затем “Маршал Тимошенко” переключился на “Миражи”, и послал в них еще один двухракетный залп, не достигший цели, но заставивший истребители резко отвернуть.



Внезапная атака и гибель ракетоносных “Канберр” полностью застала южноафриканцев врасплох, смешав их планы. Тем не менее, идущие на малой высоте эскадрильи “Буканьеров” продолжили атаку, достаточно логично исходя из того, что любая задержка или перемена планов только приведет к еще большим потерям. Первые звенья Як-38 уже поднялись по тревоге с “Киева”, когда “Буканьеры” достигли позиции “Стройного”. После минутного замешательства (связанного с тем, что целью оказался все-таки не крейсер), южноафриканцы перестроились для атаки.

Два “Буканьера” выполнили отвлекающий заход, оттягивая на себя внимание ПВО “Стройного”. БПК взял их на сопровождение, и выпустил по ракете из ЗРК “Волна-М” в каждый; заметив пуски, южноафриканцы немедленно отвернули, и ушли на форсаже. В этот момент, еще два “Буканьера” устремились на корабль. Сблизившись на восемь километров, они выпустили по ракете AS-30 и продолжили боевой заход.



В ответ, “Стройный” открыл огонь из автопушек АК-726. “Буканьеры” были вынуждены начать уклоняться от обстрела, что сбило прицел операторам; обе AS-30 прошли мимо, одна при этом была расстреляна автопушками АК-630. Однако, вслед за этим в СУО “Стройного” произошло короткое замыкание, из-за чего корабль временно утратил радарный контроль вооружения – чем и воспользовались “Буканьеры”, атаковав корабль свободнопадающими авиабомбами. Одна промахнулась, подняв огромный фонтан воды у борта “Стройного”, вторая поразила корабль в носовую оконечность. Взрыв бомбы вывел из строя носовую АУ корабля и убил четырех матросов, еще трое получили ранения. Второй “Буканьер” выполнить бомбовую атаку не смог, так как был подбит очередью кормовой автопушки и затем добит зенитной ракетой.



Оставшееся звено “Буканьеров” как раз собиралось повторить заход, когда к месту действия прибыло сначала патрульное звено Як-38, и затем, практически одновременно, срочно поднятые с “Киева” подкрепления. По словам одного из южноафриканских пилотов, “воздух буквально заполнился "Яками", которые пикировали, взмывали вверх, и пускали свои тепловые ракеты со всех направлений”. Один из “Буканьеров” был сбит в первую же минуту воздушного боя. Остальные яростно маневрировали, пытаясь уклониться от противника. Вооруженный УРВВ “Буканьер” лейтенанта Ван Кристиаанена выпустил “Сайдуиндер” в "Як" пристроившийся в хвост его ведомому, не попал, но вынудил советского пилота прекратить атаку. Лидер второго звена, лейтенант Дорм был не столь удачлив; выйдя в лобовую атаку на ведущий Як-38, он безрезультатно выпустил свои “Сайдуиндеры” и практически тут же был поражен ракетой Р-60М. Дымящийся штурмовик с выведенным из строя левым двигателем сумел выйти из боя, но через несколько минут потерял управление и упал в море.
Уцелевшие “Буканьеры” начали быстро отступать, стреляя ракетами SNEB в надежде отпугнуть советских пилотов. Ван Кристиаанен, успешно уклонившийся от двух атак, вновь вступил в действие и взял на прицел "Як" лейтенанта Алинова, летевший низко над водой. Тщательно прицелившись, Ван Кристиаанен выпустил свой последний “Сайдуиндер”, который поразил Як-38 точно в двигатель. Автоматически сработала система катапультирования, и пилот покинул подбитый штурмовик, который, дымясь, пошел вниз и врезался в волны.

Это был единственный успех южноафриканских пилотов. Оставшиеся “Буканьеры”, не имевшие противовоздушного вооружения, рассеялись, поспешно сбрасывая вооружение. Два истребителя “Мираж III”, дезориентированные атакой с “Маршала Тимошенко”, так и не вступили в бой. Еще один “Буканьер”, отступая, случайно оказался в радиусе досягаемости “Современного”. Эсминец выпустил четыре ЗУР 9М38, и как минимум две из них поразили цель – “Буканьер” взорвался и развалился в воздухе. Его пилот погиб.

Единственная уцелевшая “Канберра”, тем временем, вновь набрала высоту, и включила свой поисковый радар. По чистой случайности, направление ее движения точно совпало с пеленгом на “Киев”, и ТАВКР вскоре был замечен. Сблизившись на 50 километров, “Канберра” выпустила с подвесок две ракеты “Skerpioen” и немедленно отвернула, сбросив облако диполей. Выпущенные “Киевом” две ракеты прошли за кормой бомбардировщика, который затем был (безрезультатно) атакован "Яком" но сумел отступить.



На “Киеве” запуски ракет засекли с некоторым запозданием. Крейсер выпустил по приближающимся ракетам два двухракетных залпа с дистанции в 30 км, но перехватить их не смог. Высота полета “Skerpioen” оказалась слишком мала для ЗРК “Шторм”. Убедившись в неэффективности своего основного зенитного вооружения против низколетящих целей, командир корабля приказал задействовать станцию постановки помех Р-740К, запустить ложные цели перед кораблем, и открыть огонь из автопушек и ЗРК “Оса-М”.

Эти меры принесли лучшие плоды. Первый “Skerpioen”, отвлекшись на ложную цель, резко изменил курс, и ушел в сторону от крейсера; во избежание, он был уничтожен в хвост выстрелом ЗРК “Оса-М”. Второй “Skerpioen”, хотя и вильнул, продолжал идти на сближение и, после нескольких очередей из АК-726, был добит автопушками АК-630 примерно в километре от “Киева”. На этом основная часть сражения завершилась.



Не желая признавать поражение, южноафриканцы бросили в бой последний резерв – четыре сверхзвуковых “Мираж III”. Около 16.45, истребители достигли зоны боевых действий и попытались выполнить боевой заход на “Киев”, но плохо спланированная атака была замечена и дежурное звено Як-38, наводимое РЛС с “Киева”, успешно выполнило перехват. Один “Мираж”, уклоняясь от атаки, вошел в радиус досягаемости ЗРК “Киева” и был поврежден ракетным залпом, остальные отвернули и ушли на сверхзвуке. Подбитый “Мираж” в итоге совершил аварийную посадку в Анголе, доведя общие потери южноафриканцев в этот день до восьми самолетов.

День завершился. Вертолеты с “Киева” и “Маршала Тимошенко” подобрали из воды лейтенанта Алинова и пятерых южноафриканских летчиков, которым была оказана медицинская помощь.
В боях 5-го августа, военно-воздушные силы ЮАР потеряли четыре “Буканьера”, один “Мираж” и три “Канберры”. Восстановить эти потери – особенно “Буканьеров” и ракетоносных “Канберр” – в ближайшей перспективе, было нечем. С учетом предшествующих потерь, ВВС ЮАР более просто не имели достаточного количества исправных самолетов для продолжения воздушной кампании против советского флота.

ВМФ СССР в боях 5-го августа потерял один Як-38М сбитым, и еще один упал в море при заходе на посадку. Два самолета получили повреждения при посадке на “Киев” и не были возвращены в строй до конца кампании.


6 августа: деэскалация



Утром 6-го августа в район операции прибыли последние корабли 7-ой оперативной эскадры – БПК “Жгучий” и РКР “Севастополь”. Около 12 часов, вертолет с эсминца “Современный” обнаружил в зоне операции еще одно неидентифицированное судно, предположительно, занимавшееся сбором разведывательной информации. На этот раз южноафриканцы были осторожнее, и судно остановилось по первому требованию. Подошедший “Современный” высадил досмотровую команду, которая, хотя и не нашла ничего принципиально подозрительного, отметила тем не менее наличие “невероятно развитого для рыболовецкого траулера комплекса связи”, который в ходе осмотра был (с немалым удовольствием), “случайно поврежден до состояния полной неработоспособности”. Далее “рыболов” был эскортирован эсминцем за пределы зоны операции.

Вскоре после этого, южноафриканская субмарина “Астрант” (французской постройки, нового типа “Агоста”), идя под шноркелем, попыталась сблизиться с транспортным кораблем “Дунай”, шедшим в сопровождении БПК “Упорный”. Поначалу субмарине сопутствовал некоторый успех, но затем выхлоп ее дизеля был зафиксирован газоанализатором патрульного Ил-38, и в район поиска вылетели противолодочные вертолеты с “Киева” и БПК “Севастополь”. Вскоре, субмарина была обнаружена гидроакустическими средствами, и адмирал Росохин приказал “поднять” ее на поверхность.
Южноафриканцы сделали слабую попытку помешать операции, выслав в район поиска истребитель “Мираж”. На подходе, он был замечен РЛС “Севастополя”, и дежурное звено Як-38 немедленно направилось на перехват. Не дожидаясь последствий, “Мираж” ретировался.

Тем временем, советская противолодочная авиация осадила “Астрант”, сбрасывая на субмарину взрывпакеты и ручные гранаты. “Астрант” несколько раз пыталась выйти из-под атаки, но советские вертолеты всякий раз срывали ее маневр, подрывая впереди по курсу глубинный заряд. Не имея других альтернатив, южноафриканская субмарина в конечном итоге всплыла и в надводном положении направилась к югу. Подошедший БПК “Упорный” сопровождал субмарину до тех пор, пока та не удалилась на 100 километров от зоны операции, после чего вернулся к своим эскортным обязанностям. Более боевых операций в этот день не велось.

Вечером 6-го августа ТАВКР “Киев” пополнил запасы авиатоплива с борта кубинского танкера и ракет B-611 с корабля-ракетовоза “Воркута”.

7-8 августа: последние бои.

Утром 7-го августа, самолетами Ан-22 в Луанду были доставлены шесть резервных штурмовиков Як-38М, спешно заимствованных с Тихоокеанского Флота. При разгрузке оказалось, что один штурмовик при транспортировке получил повреждения, и оказался нелетнопригоден, остальные пять к 8 августа были изготовлены к отправке на “Киев”.



В течение дня, советская эскадра проводила поисково-противолодочные и эскортные операции, практически не встречая противодействия неприятеля. Однако, у южноафриканцев еще оставались в распоряжении некоторые резервы, и они не собирались сдаваться так просто.
Вечером 7-го августа, на поле боя, наконец, появились крупные южноафриканские корабли. Небольшая эскадра в составе фрегатов “Президент Преториус”, “Президент Крюгер”, и танкодесантного корабля “Николаас Смит” (использовавшегося как противолодочный вертолетоносец) подошла к границе зоны операции.

Ночью с 7-го на 8-е августа южноафриканская эскадра разделилась; фрегат “Президент Преториус” остался на позиции, имитируя радиообмен группы кораблей, в то время как “Президент Крюгер” и “Николаас Смит” в полном радиомолчании устремились на восток. К 11 часам утра, оба корабля находились уже в 250 километрах к востоку от своей предыдущей позиции, и подняли вертолет “Васп”.



В 12 часов дня, патрулирующий Ту-142 обнаружил своим радаром два неопознанных контакта у границ зоны операции. Спустя короткое время, РТР уловила и идентифицировала сигнал радиомаяка патрулирующего вертолета. Хотя южноафриканская эскадра формально все еще оставалась за пределами объявленной зоны операции, ее вертолеты представляли несомненную опасность для советских субмарин, оперирующих у побережья Анголы. Также предполагалось, что “Президент Крюгер” может использовать свой мощный радар для координации воздушных атак на советские корабли и самолеты. Руководствуясь этими соображениями и “инцидентом Бельграно” (1982 год), вице-адмирал Росохин решил атаковать южноафриканские корабли – и, поскольку на борту “Киева” оставалось всего восемь исправных Як-38М, распорядился использовать для этого ракеты “Базальт”.
Около 13.40, поднявшийся с “Киева” вертолет Ка-25Р зафиксировал положение южноафриканских кораблей своим радаром и передал данные БИУС “Успех” крейсера. Выполнявший патрулирование противолодочный самолет Ту-142, прошел на расстоянии видимости от неприятеля, и его экипаж подтвердил идентификацию кораблей. В 14.05 поступила команда “Открыть огонь”, и в 14.08, “Киев” выпустил четырехракетный залп из своих пусковых установок.



Дистанция запуска превышала 500 километров, поэтому (а также ввиду отсутствия у южноафриканцев дальнобойных ЗРК), ракеты шли в высотном режиме, на высоте около 10 километров. Поисковый радар “Крюгера” засек их на расстоянии около 100 километров от фрегата, но оператор РЛС, введенный в заблуждение размером и скоростью ракет, принял их за возвращающиеся с вылета истребители и понял свою ошибку слишком поздно – когда ракеты активировали ГСН и засекли цели.

Выстроившись фронтом и снизившись до уровня моря, ракеты устремились на южноафриканские корабли. “Президент Крюгер” сделал единственное, что мог – развернулся носом к надвигающимся ракетам, открыл огонь из 40-миллиметровых автопушек и выпустил три ракеты из зенитного комплекса малой дальности “Си Кэт”. “Николаас Смит”, не имевший адекватного противовоздушного вооружения, также развернулся носом к ракетам, и его экипаж незамедлительно начал готовиться к эвакуации.

Ракеты преодолели оставшееся расстояние менее чем за минуту. Один “Базальт” был уничтожен прямым попаданием ЗУР в километре от корабля; сверхзвуковые обломки ракеты осыпали фрегат, повредив его надстройку и переднюю мачту. Практически немедленно за этим, две ракеты поразили “Президент Крюгер”.

Первое попадание пришлось в полубак корабля. Ракета вонзилась в верхнюю палубу, пробила ее, и взорвалась у противоположного борта, пробив огромное отверстие диаметром около четырех метров. Взрыв полу тонной боевой части произвел обширнейшие разрушения на полубаке. Обе пусковые установки ПКР “Габриэль” были сорваны и сброшены за борт, 4,5-дюймовая орудийная установка перекосилась на основании, и только своевременное затопление погребов боезапаса расчетом предотвратило их детонацию. Двадцать матросов и офицеров погибли от взрыва или в разгорающемся пожаре, отравленные парами ракетного топлива.

Вторая ракета прошла сквозь надстройку корабля, вскрыв ее практически по прямой, проломила верхнюю палубу и взорвалась под вертолетной площадкой. Отломившийся двигатель пробил днище корабля, затопив отсек буксируемой ГАС. Ангар и кормовая мачта рухнули от взрыва; осколки проникли в машинное отделение, выведя из строя турбину правого борта и открыв сильную течь. По счастливой случайности, авиационное топливо и боеприпас не воспламенились, и небольшие очаги пожара на корме были быстро локализованы. В результате этого попадания, восемнадцать моряков были убиты, включая старшего помощника, находившегося в пробитом ракетой отсеке, и более двадцати ранены.

Третья и последняя ракета, пройдя мимо “Президента Крюгера” поразила “Николаас Смит”, пробив его переднюю палубу и разорвавшись в трюме. Взрыв проделал огромную пробоину в носу транспорта; осколки прошили “Николаас Смит” насквозь, воспламенив запасы авиационного топлива. Пламя стремительно охватило старый десантный корабль. Почти половина экипажа была выведена из строя, система пожаротушения не работала, нос быстро заполнялся водой, и около 15 часов поступил приказ “Покинуть корабль!”.



В 16.25, противолодочный самолет Ил-38 прошел над южноафриканской эскадрой, и доложил: ““Смит” горит и тонет, нос полностью под водой. “Крюгер” сильно кренится на правый борт и двигается кругами. Повсюду в воде много нефти и обломков.” Примерно в это же время, “Президент Преториус” оставил позицию и полным ходом двинулся на помощь своим кораблям.

Около 17 часов, оставленный экипажем “Николаас Смит” встал вертикально и быстро исчез под водой. Так как “Президент Крюгер”, по всей видимости, не собирался тонуть, и на его борту шла активная борьба за живучесть, Росохин приказал подводной лодке Б-94 сблизиться с фрегатом и добить его торпедами. Однако, в 18.55 южноафриканское правительство сообщило о прекращении военных операций в водах Анголы и приказало отвести все воздушные и морские силы. Как следствие, атака на “Президент Крюгер” была отменена. “Президент Преториус” сделал попытку отбуксировать “Президента Крюгера” к берегу, но ветер крепчал, и почти лежавший на боку корабль не поддавался буксировке. Около полуночи, “Президент Крюгер” был оставлен экипажем и затем затоплен артиллерийским огнем “Президента Преториуса”.

Это было последнее боевое столкновение у берегов Анголы. Вечером 8-го августа, южноафриканское правительство объявило о прекращении огня и начале переговоров. Потерпев чувствительное фиаско на море, африканеры более не решались рисковать столкновением с советской военной машиной.
5-я и 7-я оперативная эскадры (11 августа официально обозначенные как Юго-Атлантическое Оперативное Соединение) оставались у берегов Анголы до конца сентября, продолжая сопровождать транспортные корабли, проводить учения и в общем и целом “демонстрировать флаг”, включая ограниченные действия против ЮНИТА. Были разработаны планы экстренного подкрепления корабельной группировки на случай новой эскалации конфликта - включавшие переброску второй ударной группы во главе с ТАВКР "Минск" и активные действия флота и авиации против военно-воздушных и военно-морских баз ЮАР - но они уже не потребовались.
Tags: АИ, военно-морская история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 52 comments